Другое пространство. Continuo.
Госоркестр России имени
Е.Ф. Светланова, Фёдор Леднёв,
Юрий Фаворин, Николай Мажара, Ярослав Тимофеев

Международный фестиваль актуальной музыки «Другое пространство», впервые состоявшийся в Московской филармонии в 2009 году, был и остается в первую очередь фестивалем премьер. В программах абонемента «Другое пространство. Continuo» также преобладают московские, российские и мировые премьеры; во втором концерте цикла их две. В начале вечера впервые в России прозвучит сочинение «Мрамор» Валерия Воронова – одного из основателей композиторского объединения «Сопротивление материала», победителя международных конкурсов в Варшаве, Вене, Штутгарте, Бранденбурге, Санкт-Петербурге. 

В центре программы – долгожданная московская премьера «Учения о гармонии» Джона Адамса (1985), одного из крупнейших современных композиторов, в минувшем году отметившего 75-летие. Адамс – автор всемирно известных опер «Никсон в Китае», «Смерть Клингхоффера» и других; его музыка неоднократно звучала в программах филармонии, в том числе на фестивале «Другое пространство».«Учение о гармонии» – одно из ключевых произведений Адамса; его название восходит к одноименному трактату Арнольда Шёнберга. «Шёнберг был мастером в таком же смысле, в каком мастерами были Бах, Бетховен, Брамс, – говорит Адамс, – но, при всем уважении, звучание додекафонной музыки мне не нравилось. Именно с Шёнберга началась "агония современной музыки", из-за чего наша аудитория сокращалась в течение всего ХХ века. Отречься от Шёнберга было для меня актом огромной силы воли... "Учение о гармонии" сочетает технику минимализма с гармонией и выразительностью позднего романтизма: обращение к прошлому в постмодернистском духе – но безо всякой иронии». 

Программу завершает Концерт для двух фортепиано Лучано Берио (1973), классика послевоенного авангарда. «Я не верю, что в создании традиционного концерта сегодня есть смысл, – писал композитор. – Отношения солиста и оркестра – вопрос, который надо решить заново, пользуясь словом "концерт" лишь как метафорой. А вот солисты как таковые всегда меня интересовали, и этот мой концерт можно с тем же успехом назвать "концерты" во множественном числе: настолько переменчивые, разнообразные и неустойчивые отношения связывают пианистов как друг с другом, так и с солистами оркестра. Однако всем этим различиям сопутствует поиск объединяющего начала, что слышно уже в первых тактах концерта, когда играют только два рояля, словно сверяясь с картой перед путешествием».